Мораль делит мир на овец и козлов, спасенных и проклятых, человечное и бесчеловечное. Благодаря этому палач не просто наносит удар — он карает виновного. Солдат не просто убивает — он уничтожает врага. Толпа не просто беснуется — она вершит расправу над еретиком. Это все то же насилие, но теперь мораль снабжает его категориями, сценарием и оправданием.
Здесь некоторые могут возразить: «Вы неправильно поняли мораль. При правильном понимании мораль сдерживает насилие, а не способствует ему».
Между тем, армии маршируют под знаменами морали, толпы наказывают во имя справедливости, а обычный человек бьет своего соседа и называет это праведностью. В академических кругах мораль может блестеть чистотой, но как только она применяется в мире, она следует той же формуле: уязвленное эго ищет возмездия, а мораль определяет, как, когда и почему.
Автор публикации
Комментарии: 4Публикации: 92Регистрация: 17-10-2023
К сожалению да . Мы буквально сами зашли в ловушку . Общество под себя все подстраивает или под меньшинство которое главенствует.
По сути соглашусь. Само насилие — это нечто грубое, импульсивное, бесформенное. Мораль вмешивается, чтобы контролировать его применение, например: Когда и где? Против кого? По какой причине?
Насилие — это хаос. Праведное насилие организовано.
Эго чувствует рану, мораль предлагает метод, и насилие следует за этим.
Теоретики утверждают, что мораль сдерживает насилие, но именно практик демонстрирует, что она организует насилие.
Несмотря на более чем два тысячелетия воспитания моральных чувств, мы не переросли импульсы к насилию и мести. История морали — это история наших варварских импульсов, воплощенных в принципах.
В обществе нет моральной деградации. Скорее, человек просто хочет претендовать на исключительное право быть «моральным».
И претендовать на моральное превосходство — значит оставлять за собой право на произвол: право объявлять войну и освящать свою борьбу добродетелью как знамя.
Некоторые мечтают о единой универсальной морали, которая принесет прочный мир. Но как этого достичь, кроме как уничтожив все остальные?
Вот-вот.