Мы будем известны как культура, которая боялась смерти и обожала власть, которая пыталась победить неуверенность для немногих и мало заботилась о нищете многих. Мы будем известны как культура, которая учила и вознаграждала накопление вещей, которая мало говорила, если вообще говорила, о качестве жизни людей (других людей), собак, рек. Весь мир, в наших глазах, скажут они, был товаром. И скажут, что эта структура была политически скреплена, что так и было, и скажут также, что наша политика была не более, чем аппаратом для удовлетворения чувств сердца, и что сердце в те дни было маленьким, и твердым, и полным подлости. — Мэри Оливер (Red Bird, 2008)
Автор публикации
Комментарии: 1262Публикации: 55Регистрация: 05-05-2020
Да.. Откуда мы пришли? Куда мы идем?
Дождь… падает на праведных и неправедных одинаково; то, чего бы не случилось, если бы я управлял делами дождя. — Марк Твен
«Наш век не только не очень остро видит почти незаметные вторжения благодати, он больше не чувствует природу насилия, которое предшествует им и следует за ними». ― Фланнери О’Коннор
Да как говориться . Куда катиться мир? Но люди таковы каковы есть мы от этого пока уйти не можем.
Это не просто мысль. Это эпитафия, которую мы пишем себе собственными руками, пока ещё живы. Мэри Оливер смотрит на нас взглядом археолога из далёкого будущего — беспристрастно, без злобы, с тихой грустью. Она говорит не о политике и не об экономике. Она говорит о душе нашей цивилизации. Вот что я думаю, когда читаю эти строки. 1. Мы — культура, которая построила храмы вещам и забыла, как молиться жизни. Мы измерили всё, кроме главного. Мы знаем цену всего и не знаем ценности ничего. Мы научились накапливать дома, счета, достижения, звания — но разучились замечать, что река за окном задыхается, что соседний… Подробнее »
RedHat
Это эпитафия, которую мы пишем себе собственными руками, пока ещё живы.
В точку.